«Родители» этой книжки: «Витя Малеев в школе и дома» и «Алиса в Зазеркалье», а «бабушка» — сказка о Семилетке. После того как Орине исполнилось семь, время ускорило свой бег, и девочка из Поселка в течение трех дней стала девушкой и женщиной. Впрочем, всё это произошло  не дома, а в Потусторонье,  которое оказалось отражением прожитой ею жизни. Орина вместе с соседским мальчиком (юношей, мужчиной) должна выполнить трудные задания, чтобы вернуться домой. Только вот поможет ли ей попутчик…

«Представьте себе, что Шарль Перро, псевдо-Аполлодор,  Маркес и Мамлеев оказались в одной русской избе, уселись по углам  и все одновременно принялись что-то рассказывать; тот странный гул, что наполнит воздух, и будет  „взрослый“ роман Кунгурцевой.   Сказка — отдельно, миф — отдельно, сны — отдельно, реальный мир — отдельно… в „Орине“  традиционная система литературного апартеида не работает; тут все разом, все — сросшееся. И учтите, взаимодействие с магическим реализмом в такой версии обходится читателю недешево: книга густая, плотная, вязкая; просто глазеть на приключения героев в Потусторонье  не получится; вам тоже придется контактировать с кунгурцевскими хтоническими силами. Самому, вплотную, тактильно» (Лев Данилкин).

В новой книге писатель и журналист Валентин Рич предлагает вниманию читателей популярное изложение оригинальной гипотезы о происхождении слов русского языка и доказательства ее применимости для объяснения ряда фактов его истории.

Спасибо Владимиру Владимировичу Путину. Весной года онгруппой товарищей избавил меня от еженедельной трудовой повинности по написанию программы Куклы. Образовался внезапный досуг,я начал шарить по закромам собственного компьютера, перебирая обломки текстов, не доведенных до ума. И наткнулся на полуторастраничный диалог, лежавший запасниках с неведомых времен диалог человека ангелом смерти. Сценка была вкусная, в ней чудилось развитие, но развития не было еще довольно долго, и я брел наощупь. "И, кажется, выбрел пьесе появился первый поворот, за ним открылся вполне драматический пейзаж.

Один из знаменитых людей нашего времени высокомерно ляпнул, что мы живем в эпоху «цивилизованной коррупции». Слаповский в своей повести «У нас убивают по вторникам» догадался об этом раньше — о том, что в нашей родной стране воруют, сажают и убивают не как попало, а организованно, упорядоченно, в порядке очереди. Цивилизованно. Но где смерть, там и любовь; об этом — истории, в которых автор рискнул высказаться от лица женщины.

В эту пеструю, как весенний букет, книгу вошли и фундаментальные историко-литературные работы, и мемуарные очерки, и «сердитые» статьи о том, как устроена сегодняшняя российская словесность. Известный критик, главный редактор журнала «Знамя», как и положено, внимательно разбирает художественные тексты, но признается, что главное для него здесь — не строгий филологический анализ, а попытка нарисовать цельные образы писателей, ни в чем друг на друга не похожих, понять логику и мистику их творческого и жизненного пути. Вполне понятно, что в этой галерее портретов и пейзажей находится место и автопортретам, так что перед нами — самая, может быть, исповедальная и самая «писательская» книга Сергея Чупринина.

Повесть Лидии Чуковской «Софья Петровна» написана в 1939 году о том, что творилось в стране в это время. На этих страницах «чумной воздух эпохи». Повесть документальна и убедительна. Вторая повесть «Спуск под воду» — лирический дневник героини, рассказ о послевоенном обществе, о кампании борьбы с космополитизмом. В книгу вошло наиболее полное собрание стихотворений Лидии Чуковской, которые она писала всю жизнь.

Очередной том собрания сочинений Роя и Жореса Медведевых составлен из очерков Роя Медведева о политических деятелях, в разные годы входивших в ближайшее окружение Сталина — Троцком, Каменеве, Свердлове, Молотове, Кагановиче, Микояне, Ворошилове, Маленкове, Суслове, Калинине… И хотя автор считает, что многие «люди из окружения Сталина не были выдающимися личностями или великими политиками», новому поколению россиян безусловно следует знать, какие исторические персонажи десятилетиями находились у власти в стране,  какими методами делались и как рушились государственные и партийные карьеры. Отдельный очерк посвящен семье Сталина.