Новинки
ИЗДАТЕЛЬСТВО «ВРЕМЯ»


Борис Берлин

Эту книгу можно назвать антологией обреченных. Обреченных друг на друга. Двоих, у которых иногда получается, а иногда нет — как у всех, вот только красок в их жизни гораздо больше. А значит, и счастья, за которое все равно приходится платить…

читать дальше

Цимес
Варлам Шаламов

Когда Варлам Тихонович Шаламов (1907—1982) писал свою прозу, еще земля дышала братскими могилами лагерей. Первым читателям, потрясенным этой эксгумацией, этой разверзшейся перед ними адской воронкой, было не до художественных оценок. Иосиф Бродский, прочитав «Архипелаг ГУЛАГ» Солженицына, сказал: «Возможно, через две тысячи лет чтение “ГУЛАГа” будет доставлять то же удовольствие, что чтение “Илиады” сегодня». Но чтобы читать «Колымские рассказы», как «Илиаду», не нужно ждать две тысячи лет. Вслед за моральным потрясением приходит и понимание всей уникальности Шаламова-художника. Его «новая проза» — диковинный сплав русского постсеребряного века и золотых приисков Колымы. Как известно, великое видится на расстоянии. В случае Шаламова это расстояние оказалось минимальным.

читать дальше

Колымские рассказы
Артур Конан Дойл

Шерлок Холмс — это не просто сыщик, это еще и удивительный человек, ставший родным и близким для людей разных эпох и всех континентов. Его создатель Артур Конан Дойл (1859—1930) вряд ли думал, что истории о частном детективе ждет столь долгая и счастливая судьба, — всю жизнь ему хотелось написать что-то «посерьезнее». Однако получилось так, что рассказы о Шерлоке Холмсе Артура Конан Дойла — не только и не столько классика детективного жанра, сколько удивительное чтение на все времена, несущее в себе черты гуманизма, веры в человека, рыцарского следования долгу. Между прочим, Конан Дойл был действительно посвящен в рыцари, причем не за литературные заслуги, а за службу военным врачом в годы англо-бурской войны. На его надгробной плите выгравирован рыцарский девиз — «Верен как сталь, прям как клинок». Этими качествами Конан Дойл сполна наделил и своих самых известных и любимых персонажей — Холмса и его помощника и биографа, бывшего военврача Ватсона, прототипом которого не без оснований считают автора. Лучшие и самые типичные из рассказов о Шерлоке Холмсе собраны в этой книге.

читать дальше

Рассказы о Шерлоке Холмсе
Максим Горький

«Дело Артамоновых» (1925) Максим Горький (1868—1936) написал в эмиграции, в Италии. Романное время — всего 56 лет, с 1861 по 1917 год. По меркам истории ничтожный промежуток, но для российского предпринимательства — вся его эпоха, «от рассвета до заката». Многие годы в России роман прочитывался как политизированный, идеологически злободневный текст от «великого пролетарского писателя». Однако сегодня вполне понятно, что глубокие наблюдения Горького над природой человека, над трансформацией людских характеров позволяют причислить его к самым значительным модернистам в мировой и отечественной литературе ХХ века, поставить в один ряд с Фолкнером, Андреем Белым, Джойсом и Томасом Манном.

читать дальше

Дело Артамоновых
Мигель де Сервантес Сааведра

С книги Мигеля де Сервантеса (1547—1616) «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский» (1605, 1615) началась новая история европейской прозы. Переведенный, и довольно быстро, на множество языков, он оказал большое влияние на литературу многих народов; на русскую литературу — просто огромное. Достоевский говорил, что «Дон Кихот» принадлежит к числу книг, написанных на много столетий вперед. При этом из разнообразных толкований книги и ее главного образа выкристаллизовалась, стала основной одна трактовка. Взгляд на Дон Кихота как на воплощение идеи о высоком предназначении человека, как на героя, жертвующего собой во имя добра и справедливости. Таким он вошел и в массовую культуру, став мгновенно считываемым мемом.
Но в действительности роман о Рыцаре Печального Образа намного сложней, интересней, глубже. «Про Дон Кихота надо сказать: жил безумным, умер мудрым. “Дон Кихот” рассказывает, какая должна быть женщина и как должен любить мужчина. Люди думают, что “Дон Кихот” — это пародия, а “Дон Кихот” — это наибольшая добродетель» (Виктор Шкловский).

читать дальше

Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский
Аркадий Аверченко

Говорят, самые лучшие юмористы мрачны и неулыбчивы в быту. Аркадий Тимофеевич Аверченко (1880—1925) к их числу определенно не относился. Даже свою автобиографию он писал, смеясь, — и включил ее в первый свой сборник. «Литературная моя деятельность была начата в 1904 году, и была она, как мне казалось, сплошным триумфом. Во-первых, я написал рассказ. Во-вторых, я отнес его в “Южный край”. И в-третьих (до сих пор я того мнения, что в рассказе это главное), в-третьих, он был напечатан!» И были затем напечатаны сотни рассказов, фельетонов, юморесок, шуток. И был завоеван титул «короля смеха». И был основан лучший юмористический журнал России — «Сатирикон», слава и имя которого (пусть в названии не журнала, а райкинского театра) живы и сегодня. Вообще-то к началу ХХ века Россия привыкла к другому смеху — «сквозь невидимые миру слезы». «“Сатирикон” раскрепостил русский юмор. Снял с него оковы незримых слез. Россия начала смеяться» (Тэффи). Эта сборник составлен из рассказов, написанных в разные годы — с 1910-го по 1923-й.

читать дальше

Осколки разбитого вдребезги
Борис Пастернак

Для современного молодого читателя ранняя проза классика русской литературы ХХ века Бориса Леонидовича Пастернака (1890—1960) нередко бывает заслонена знаменитым романом «Доктор Живаго». Между тем, повести «Детство Люверс» (1918) и «Охранная грамота» (1930) также принадлежат к вершинным произведениям русской литературы, сравнимым с трилогией Льва Толстого о детстве, отрочестве и юности. (Вспомним, кстати, что и первоначальное название «Доктора Живаго» — «Мальчики и девочки».) Повесть о взрослении «придуманной» девочки Жени Люверс и автобиографическая исповедь великого поэта едины в главном: «Пастернак не изображал мир ребенка, а выражал его изнутри» (Александр Архангельский). Все его произведения словно освещены воспоминаниями о детских радостях — рождественских елках, золотых шарах, имбирных пряниках — и о неподдельных детских горестях и драмах. Вот квинтэссенция этой высокой прозы, строки из финала «Охранной грамоты»: «Все мы стали людьми лишь в той мере, в какой людей любили и имели случай любить... Любить самоотверженно и беззаветно, с силой, равной квадрату дистанции, — дело наших сердец, пока мы дети».

 

читать дальше

Детство Люверс. Охранная грамота
Владимир Короленко

Владимир Галактионович Короленко (1853—1921) известен в первую очередь своими хрестоматийыми повестями «Слепой музыкант» и «Дети подземелья». Книга же его воспоминаний, которую сам он считал главной в своей творческой биографии, широкому читателю знакома существенно хуже. «История моего современника» описывает детство и молодость писателя — вплоть до его возвращения из череды ссылок в 1885 году, и выдержана в духе лучших образцов русской мемуарной прозы: от «Былого и дум» Александра Герцена до «Записок революционера» Петра Кропоткина. Однако от этих классических текстов «Историю...» отличает примечательное отсутствие эгоцентризма: Короленко пишет не столько о себе на фоне времени, сколько о времени как таковом. Благодаря авторской установке на предельную честность и объективность воспоминания Короленко оказываются волшебным окошком во времена царствования Александра II, позволяющим увидеть эту далекую от нас эпоху во всем ее разнообразии, многолюдьи и парадоксальном сходстве с современностью.


читать дальше

История моего современника
Илья Ильф, Евгений Петров

Роман «Золотой теленок» (1931) является второй частью знаменитой дилогии. Илья Ильф (1897—1937) и Евгений Петров (1902—1942) по требованию публики «воскресили» Остапа Бендера после его трагической гибели в финале «Двенадцати стульев». Но обаятельный и остроумный авантюрист предстает в «Золотом теленке» заметно изменившимся: он поумнел, погрустнел, набрался жизненного опыта. Сегодня, когда мы знаем, насколько легко роман выдержал проверку временем, кажется особенно недалекой и примитивной его оценка современниками-литераторами. «Идея денег, не имеющих моральной ценности» (Евгений Петров) многим из них показалась недостаточно убедительно раскрытой. «Опасное сочувствие» авторов Остапу отметил Анатолий Луначарский, «сукиным сыном» назвал Бендера Александр Фадеев. Сам же Остап к своему очередному поражению отнесся иронично-философски: «Графа Монте-Кристо из меня не вышло. Придется переквалифицироваться в управдомы». Но хоть жив остался, порадовались читатели. И остался самим собой — живым, располагающим к себе героем, одним из самых цитируемых персонажей русской литературы. Он сегодня не просто литературный герой — он часть нашей речи.

 

Сопроводительная статья Вадима Жука

 

Вадим Семенович Жук (р. 1947) — поэт, драматург и актер. Выпускник театроведческого факультета ЛГИТМиКа. Основатель и художественный руководитель сатирического театра-студии «Четвертая стена». Автор пяти поэтических сборников, нескольких сценариев анимационных фильмов. Был художественным руководителем фестиваля юмора и сатиры «Золотой Остап». Автор сценариев и ведущий церемоний ряда анимационных и театральных фестивалей, среди которых «Золотой софит», «Крок», фестиваль анимационного кино в Суздале. Лауреат нескольких литературных премий.

читать дальше

Золотой теленок
Федор Михайлович Достоевский

Ранний роман Федора Михайловича Достоевского (1821—1881) «Униженные и оскорбленные» существует как бы в тени его «великого пятикнижия» («Преступление и наказание», «Идиот», «Бесы», «Подросток» и «Братья Карамазовы»). Но именно эта книга, опубликованная в 1861 году, вывела из тени самого Достоевского, позволила ему заново дебютировать — после десятилетия каторги, ссылки и армейской службы. «В романе, — писал автор, — есть полсотни страниц, которыми я горжусь». Можно предполагать, что речь идет о совершенно новом жизненном опыте, размышлениях Федора Михайловича о писательском творчестве (Иван Петрович, главный герой романа, отчетливо автобиографичен), любовных терзаниях, пережитых самим Достоевским в годы ссылки, его нравственных поисках. Оскар Уайльд, оценивая и сравнивая романы Толстого, Тургенева и Достоевского, особо выделял именно «Униженных и оскорбленных», в которых он находил связь с античной трагедией и слышал «отзвук сострадания».

читать дальше

Униженные и оскорбленные

« СЮДА   |   ТУДА »

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

    Московские новости

© Издательство «Время», 2000—2017