Новинки
ИЗДАТЕЛЬСТВО «ВРЕМЯ»
Федор Сологуб

Про свой роман «Мелкий бес» Федор Сологуб (1863—1927) написал, что это «…зеркало, сделанное искусно... Уродливое и прекрасное отражаются в нем одинаково точно». Шлифовалось это зеркало больше десяти лет, а потом рукопись еще пять лет мыкалась по редакциям российских журналов — собственное отражение обществу явно не нравилось, роман казался «слишком рискованным и странным». История провинциального учителя Передонова, мелкого садиста и сладострастника, выглядела приговором всей российской системе воспитания, основанной на обезличивании и насилии, превращающей человека в винтик, сводящей с ума. Понадобились потрясения первой русской революции, чтобы образованное общество очнулось и вчиталось в предсказания «невеселого человека» (Владимир Гиппиус). Опубликованный отдельной книгой в 1907 году, «Мелкий бес» стал едва ли не самой популярной книгой в России начала ХХ века.

 

Сопроводительная статья Александра Федуты

 

Александр Иосифович Федута (р. 1964) — журналист и литературовед. Окончил филфак Гродненского пединститута. Доктор филологических наук, автор восьми научных книг и сборников эссе, почетный член ПЕН-центра Литвы, лауреат ряда литературных и журналистских премий Белоруссии и России.

читать дальше

Мелкий бес
Шолом-Алейхем

«Тевье-молочник» — книга, которой никогда не было. Написанная на языке, которого уже почти нет, и описывающая мир, которого уже никогда не будет. Под этим названием в мировую литературу вошел цикл из восьми рассказов-монологов, с 1895 по 1915 годы публиковавшихся выдающимся еврейским писателем Шолом-Алейхемом (1859—1916) от имени неунывающего Тевье — трудяги, любителя привести к месту и не к месту библейское изречение, отца семерых дочерей, которых нужно выдать замуж. Это всегда непросто — а в то время и в том месте, где выпало жить Тевье, это было еще сложнее. Мир еврейских местечек давно исчез, смятый жестоким XX веком. Но он навсегда сохранился благодаря Шолом-Алейхему и его уникальному дару «смеха сквозь слезы». А его герой Тевье вот уже сто лет живет своей жизнью в литературе, кино и театре.

читать дальше

Тевье-молочник
Джек Лондон

Поздние циклы новелл Джека Лондона (1876—1916) «Смок Беллью» и «Смок и Малыш» — шедевры приключенческого и авантюрного жанра. Они основаны и на собственном опыте золотоискателя-путешественника, и на глубоком понимании психологии героев «золотой лихорадки» и первопроходцев Клондайка. Лондон показывает складывающийся на наших глазах образ своего героя — настоящего мужчины, «знающего вкус мяса», смелого, сильного и благородного. Его персонаж проходит путь от «чечако» — так презрительно называют новичка старожилы — до полноправного жителя и владельца Мира Севера, в котором не выжить без чувства юмора, а высшими ценностями являются настоящая дружба и сила духа.

читать дальше

Смок Беллью. Смок и Малыш
Эмили Бронте

Перед нами единственный роман английской писательницы и поэтессы XIX века Эмили Бронте (1818—1848), средней и наиболее загадочной из знаменитых сестер Бронте. Он уверенно вошел в классику мировой литературы и остается востребованным вот уже более 150 лет. Волею автора сразу два рассказчика с первой страницы втягивают читателя в странную и жуткую историю обитателей двух соседних поместий, затерянных среди вересковых просторов Йоркшира. Тайная шкатулка, забытые письма, бурная, помутившая рассудок страсть кажутся началом захватывающего любовного романа, но чем дальше, тем страшнее становятся судьбы добропорядочных семейств. Соперничество между влюбленными в одну женщину героями перерастает в ненависть и непримиримую вражду с трагической развязкой. По мнению современника Э. Бронте поэта Данте Россетти, «это дьявольская книга, немыслимое чудовище, объединившее все самые сильные женские наклонности». В наши дни зрителями Британского телевидения «Грозовой Перевал» назван главной романтической книгой всех времен. Роман неоднократно экранизирован и переведен на многие языки.

читать дальше

Грозовой Перевал
Юрий Тынянов

«Его книги казались некоторым суховатыми, — писал Илья Эренбург. — Однако никогда не было крупного и притом честного автора, который мог бы хорошо писать о событиях, лежащих вне его душевного мира». Душевный мир Юрия Тынянова (1894—1943) вместил в себя эпоху Грибоедова — Чацкого — лицеистов — декабристов — Пушкина — покорения Персии и Кавказа столь полно и органично, что он сам уже казался современником своих героев — одним из них. Последний год жизни великого писателя и дипломата Александра Сергеевича Грибоедова Тынянов прошел вместе с ним шаг за шагом: подписание мира с Персией, царские милости, «расстрельная» должность посла во враждебном Тегеране, мученическая смерть, последняя встреча с Пушкиным на дороге в Тифлис. «Что везете? — Грибоеда». «Смерть Вазир-Мухтара» — самое известное и яркое произведение выдающегося прозаика и литературоведа и, без сомнения, один из лучших исторических романов в русской литературе ХХ века.

читать дальше

Смерть Вазир-Мухтара
Томас Вулф

Пожалуй, лучшую аннотацию к роману Томаса Вулфа «Взгляни на дом свой, ангел» написал другой знаменитый американский писатель Рэй Брэдбери: «Вот книга, ее написал исполин, который родился в Эшвилле, штат Северная Каролина, в 1900 году. Он давно уже обратился в прах, а когда-то написал четыре огромных романа. Он был как ураган. Он вздымал горы и вбирал в себя вихри. 15 сентября 1938 года он умер в Балтиморе, в больнице Джонса Хопкинса, от древней страшной болезни — пневмонии, после чего остался чемодан, набитый рукописями, и все написаны карандашом». Томас Вулф не делил свой чемодан на отдельные романы, за него это сделали издатели. Он просто написал огромную и подробную автобиографическую Книгу, в которой кроме него самого (Юджин Грант) действуют чуть ли не все жители его родного Эшвилла. Объем «чемодана» — четыре «Войны и мира». Скажете, длинновато? Есть еще один прозаик, который не отличался краткостью, но цену слову знал — Уильям Фолкнер. Вот его рекомендация для того, чтобы открыть том Томаса Вулфа: «Это был, возможно, самый великий талант поколения, который устремлялся выше, чем любой другой писатель».

читать дальше

Взгляни на дом свой, ангел. История погребенной жизни
Ярослав Гашек

Ярослав Гашек (1883—1923) — «совершенно невообразимый, невозможный и невероятный чех» — умер в возрасте сорока лет, так и не додиктовав своего романа про бравого солдата Швейка. «Великий юмористический роман остановился на полуслове, — пишет автор сопроводительной статьи Сергей Солоух. — И мы стоим перед этим недосказанным словом в восхищении». История жизнерадостного саботажника-полудурка, доводящего до абсурда любую команду начальства, сразу же становилась фольклорной в каждой из стран, решавшейся на перевод и издание. И восхищением дело никогда не ограничивалось, поскольку именно фольклор — самое надежное противоядие от милитаристского и полицейского идиотизма. «Если он так легко (и с таким удовольствием!) приспосабливается к правящему режиму, то не потому, что видит в нем какой-то смысл, а потому, что вовсе не видит никакого смысла» (Милан Кундера). О подлинной народности бравого солдата говорит и такой факт: в мире памятников Швейку сегодня больше, чем его создателю, Ярославу Гашеку.

читать дальше

Похождения бравого солдата Швейка во время Мировой войны
Франц Кафка

Роман Франца Кафки (1883—1924) «Замок», как и большинство произведений великого чешско-немецко-еврейского писателя (все три народа равно чтут его память), появился на свет вопреки воле автора — друг и душеприказчик писателя Макс Брод не выполнил условия его завещания и не сжег хранившиеся у него рукописи. Так в мировую культуру вошел «кафкианский абсурд», одно из самых противоречивых, загадочных, но и самых плодотворных литературных направлений ХХ века. Даже попытки пересказать сюжет выглядят абсурдно: «Композиция романа не поддается какому-либо анализу в силу незаконченности и особого сюжетного развития», «место действия нельзя вписать в конкретные географические реалии, поскольку оно вбирает в себя весь мир», «время действия не имеет исторических точек опоры. О нем известно лишь то, что сейчас зима и продлится она, скорее всего, целую вечность». Но вот свойство гения: бессмысленная, казалось бы, жизнь неудавшегося землемера господина К. вобрала в себя столько общечеловеческих смыслов, что над ней размышляют, ужасаются, обливаются слезами, примеряют ее на себя одно читательское поколение за другим.

Перевод с немецкого и сопроводительная статья Михаила Рудницкого

Михаил Львович Рудницкий (род. в 1945) — филолог-германист, литературовед и переводчик, кандидат филологических наук, автор книг и статей по проблемам зарубежных литератур. В его переводах опубликованы романы и повести Франца Кафки, Томаса Манна, Роберта Музиля, Генриха Белля, Гюнтера Грасса, философская проза Фридриха Ницше, стихи Генриха Гейне и Райнера Марии Рильке, а также многие произведения современных немецкоязычных авторов. Переводческие работы М. Л. Рудницкого неоднократно удостаивались литературных премий.

читать дальше

Замок
Иоганн Вольфганг фон Гете

Легенда о докторе Фаусте — один из корневых сюжетов мировой литературы. Из него выросло множество прекрасных творений — вспомним хотя бы Марло, Гуно, Томаса Манна, Пушкина, Булгакова… Но «стволом» фаустианы остается, несомненно, философская трагедия немецкого гения — Иоганна Вольфганга Гете (1749—1832). Причин тому немало. Во-первых, это великая поэзия. Во-вторых, это грандиозный по объему труд, на который ушло более тридцати лет. А, в-третьих, на извечный мучительный вопрос — имеет ли Зло Божественную санкцию? — именно Гете, не богослов, а художник, предложил наиболее убедительный ответ. Собственно, он прямо с этого ответа и начал: Мефистофель заключает пари с Господом — сможет ли мудрый и добрый профессор Фауст устоять перед искушением и спасти свою душу. Фауст перед Злом спасовал, но его философские искания, муки совести и раскаяние приносят ему спасение от ада — ангелы отбирают его душу у выигравшего пари Мефистофеля и уносят ее в рай. Великий и утешительный финал. Один из мефистофелей российской истории написал на книге Максима Горького известную рецензию «Эта штука сильнее, чем “Фауст” Гете». Злой дух в очередной раз ошибся. Книга неплохая, но «Фауст» остается непревзойденным.

читать дальше

Фауст
Лев Николаевич Толстой

«Война и мир» — одно из вершинных достижений не только русской, но и всей мировой литературы. Лев Николаевич Толстой (1828—1910) задумывал создать произведение, которое описывало бы жизнь русского общества в годы войн с Наполеоном. В 1856 году он начал с повести, в 1860-м продолжил ее романом («Декабристы»), а за 1863—1869 годы завершил возведение огромного здания народно-героической эпопеи — беспрецедентной по охвату исторических событий и глубине их философского осмысления. Главной темой эпопеи стала судьба русского народа в Отечественной войне 1812 года. Задолго до завершения работы над «Войной и миром» Толстой написал: «Ежели бы мне сказали, что то, что я напишу, будут читать теперешние дети лет через 20 и будут над ним плакать и смеяться и полюблять жизнь, я бы посвятил ему свою жизнь и все свои силы». Прошло не двадцать, а уж больше ста пятидесяти лет, а эпоха «Войны и мира» все так же далека от заката, и совершенно ясно, что свою жизнь и силы Лев Николаевич потратил на действительно великое дело, рассчитанное на века.

читать дальше

Война и мир: в 4 томах

« СЮДА   |   ТУДА »

1 2 3 4 5 6 7

    Поддержка Правительства Москвы

© Издательство «Время», 2000—2017