Книги
ИЗДАТЕЛЬСТВО «ВРЕМЯ»


Игорь Кон

Одна из последних работ Игоря Кона развивает идеи, изложенные в его бестселлере «Мужчина в меняющемся мире». В конце ХХ в. человечество неожиданно обнаружило, что самым слабым звеном современного воспитания являются мальчики: они больше болеют, хуже учатся, чаще совершают преступления и рискованные поступки. Какова природа мальчишества как социокультурного явления?

читать дальше

Мальчик — отец мужчины. 2-е издание
Иван Гончаров

«Обломов» (1859) — центральная часть трилогии И. А. Гончарова. Писатель был убежден в смысловом единстве трех романов, не связанных сюжетно. «Обыкновенная история» (1846) — о предопределенности жизни среднего порядочного человека: прекраснодушную глупую молодость сменяет трезвая зрелость, а ее — блеклая старость. «Обрыв» (1869) — о том, что людям большой души всегда выпадали тяжкие испытания, но жить все-таки надо. «Обломов» — книга о чистом, добром, предназначенном любви, редкостно умном человеке, который смолоду понял: жить по законам «Обыкновенной истории» и «Обрыва» нельзя. И лег на диван, с которого поднять его не смогли ни любовь, ни дружба, ни ясное сознание собственной неправоты, ни благодарность бесхитростно любящей женщине. Можно согласиться на все — лишь бы сохранить внутренний покой, не замараться, не уподобиться «другим». А о сыне, как и об Обломовке, «другие» позаботятся — лучшие из «других». «Обломов» — книга о странном и страшном родстве просто нищих (лентяев, неумех, прохвостов) и нищих духом.

читать дальше

Обломов
Елена Габова

Ты любишь одноклассника, не можешь прожить без него ни дня, но полностью отдаться этой любви нельзя. Потому что не принято — десятый класс, и взрослые все еще считают вас детьми, потому что просто страшно,  ты шарахаешься от него при встречах,  всеми силами, всеми поступками показываешь, что он для тебя никто. А сердце выпрыгивает из груди, когда ты его видишь, и взгляд его прожигает тебя насквозь... Это мучительное чувство в пятнадцать лет, когда хочешь, но не можешь любить. И ты мечтаешь, чтобы он отпустил тебя всю:  мыслями, чувствами, и чтобы тело не ныло сладко при думах о нем. Ты улетаешь от него в далеко, в другой город, ты бежишь от него… Но поможет ли это физическое бегство? Разве от себя убежишь?

Иллюстрации Веры Коротаевой.

 

читать дальше

Отпусти меня! Повесть
Федор Михайлович Достоевский

«Бедные люди» — дебютный роман Федора Достоевского. Без отчества это имя несколько непривычно смотрится сегодня. Но — 1846 год, Федору всего двадцать пять. Он и сам потрясен публикацией в некрасовском «Петербургском сборнике», и жадно ловит отклики других потрясенных: «Сунул же я им всем собачью кость! Пусть грызутся — мне славу дурачье строят». Про славу он уже все понимает, недаром заставил Макара Девушкина, героя своей книги, прочесть «Станционного смотрителя» и «Шинель»: Пушкин и Гоголь — его ориентиры на будущее. Да, «Бедные люди» — это трогательная история двух одиноких сердец, двух «маленьких» и действительно бедных людей. Но попробуйте в названии романа перенести смысловое ударение на слово «люди» — бедные люди! — и вам станет понятно, что первым же своим произведением в мир вошел будущий великий русский писатель и мыслитель Федор Михайлович Достоевский.

читать дальше

Бедные люди: роман
Джером, Джером Клапка

В 1888 году британский автор юмористических эссе и рассказов, Джером Клапка Джером написал приключенческую повесть, в которой три отважных джентльмена с риском для жизни покоряли водную стихию. Правда, речь шла всего лишь о мирной реке Темзе, джентльмены были лондонскими клерками, а опасности и преграды на их пути возникали главным образом оттого, что трое горожан в лодке вели себя как нельзя более нелепо. «Трое в лодке, не считая собаки» — это остроумная пародия на экзотические приключенческие романы и признание в любви обычной жизни, в которой нет места подвигу, зато есть множество маленьких радостей, открытий и приключений. Повесть Джерома стала бестселлером, как только вышла из печати, и за прошедшие почти 130 лет ее популярность во всем мире только выросла.

читать дальше

Трое в лодке, не считая собаки : повесть
Джейн Остин

Романы Джейн Остин стали особенно популярны в ХХ веке, когда освобожденные и равноправные женщины всего мира массово влились в ряды читающей публики. Оказалось, что в книгах британской девицы, никогда не выходившей замуж и не покидавшей родной Хэмпшир, удивительным образом сочетаются достоинства настоящей литературы с особенностями дамского романа: это истории любви и замужества, но написанные столь иронично, наблюдательно и живо, что их по праву считают классикой английского реализма. «Гордость и гордыня» — канонический роман о любви, родившейся из предубеждения, однако богатый красавец-аристократ и скромная, но умная барышня из бедной семьи изображены столь лукаво и остроумно, что вот уже третий век волнуют воображение читателей, а нынче еще и кинематографистов — это, пожалуй, самая экранизируемая книга за всю историю кино.

читать дальше

Гордость и гордыня
Джейн Остин

Освбожденные и равноправные женщины всего мира массово влились в ряды читающей публики. Оказалось, что в книгах британской девицы, никогда не выходившей замуж и не покидавшей родной Хэмпшир, удивительным образом сочетаются достоинства настоящей литературы с особенностями дамского романа: это истории любви и замужества, но написанные столь иронично, наблюдательно и живо, что их по праву считают классикой английского реализма. Что важнее — испытать страсть или сохранить достоинство? Проблемы романа «Чувство и чувствительность» до сих пор оказываются актуальными, хотя нынче девушек и не лишают состояния в пользу наследников мужского пола. Чувства и рассудок по-прежнему не в ладах между собой, а романтическая любовь способна полностью игнорировать доводы разума.

читать дальше

Чувство и чувствительность
Михаил Дегтярь
Эту книгу написал Михаил Дегтярь. Михаил — четырехкратный лауреат премии ТЭФИ (все эти высшие награды в области российского телевидения получены им в репортерских номинациях), член Академии Российского телевидения, член Американской Академии ЭММИ, вице-президент Гильдии неигрового кино и телевидения, многократный лауреат международных и российских кино- и телевизионных фестивалей… Такого количества премий в России не получил больше ни один телевизионный журналист

читать дальше

Репортер
Михаил Юрьевич Лермонтов

В романе Лермонтова соединены пять историй о молодом человеке, которого автор назвал «героем нашего времени». С выхода романа в свет (1840) не прекращаются споры о том, иронично или серьезно заглавие? Насколько схож вызывающий весьма противоречивые чувства герой с великим поэтом? Придумал Лермонтов странствующего офицера или, пристально вглядевшись в русскую жизнь, создал портрет поколения? И попросту: является Печорин сознательным носителем зла или жертвой дурного уклада бытия? Чуждаясь прямых ответов, Лермонтов предъявляет пять ипостасей Печорина — разочарованный беглец из мира цивилизации; пресыщенный барин; бестолковый искатель приключений; рефлектирующий интеллектуал; мыслитель, любой ценой стремящийся разрешить вопрос о свободе воли. Писатель дал понять, что сказано о герое далеко не все, но полуобещания развернуть историю Печорина не исполнил. Только ли из-за того, что погиб через год с небольшим по издании романа? Ответ на последний из печоринских вопросов мы ищем по сей день.

читать дальше

Герой нашего времени
Владимир Цай

В своей четвертой книге (до этого в издательстве «Время» вышли «Я нашел смысл жизни», «Кто в армии служил», «Психотерапевты прописывают секс и музыку») Владимир Цай — математик, доктор технических наук — продолжает исследование «собственной Вселенной», в котором мировоззренческие поиски органично сочетаются с бытовыми биографическими подробностями. «Было такое государство — Советский Союз, и в нем жили люди, — пишет автор. — Как и везде, кому-то эта жизнь нравилась, кому-то нет. Эта книга — достоверное свидетельство каких-то сторон той жизни, без идеологии, без злопыхательства». Владимир Цай как бы суммирует все, что написал ранее.

читать дальше

Я, юный пионер Советского Союза

« СЮДА   |   ТУДА »

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ... 111

    Московские новости

© Издательство «Время», 2000—2017