Собрание сочинений
ИЗДАТЕЛЬСТВО «ВРЕМЯ»
Михаил Жванецкий

…С 1983 года я в Москве. Так и живу: закончил Одессу, поступил в Ленинград, закончил Ленинград, поступил в Москву, где и учусь уже всю жизнь. Когда сейчас получаю записки: «Расскажите, как вы жили?» — удивляюсь. Жил неплохо.

читать дальше

Девяностые (том 4)
Михаил Жванецкий

...Вернулся в Одессу, и со мной вернулись Роман Карцев и Виктор Ильченко. Если кто-нибудь не понял эту фразу, я повторю: со мной вернулись в Одессу Роман Карцев и Виктор Ильченко, хотя их никто не увольнял. В Одессе мы создали Театр миниатюр. Там грянула холера.

читать дальше

Восьмидесятые (том 3)
Михаил Жванецкий

...В 1958 году «Парнас-2» был представлен А. Райкину в Ленинграде. Актеры все сели в зал, а мы после их спектакля вышли на еще горячую сцену... Начался ленинградский период вначале Р. Карцева, затем — В. Ильченко и в 1964 году — мой.

читать дальше

Семидесятые (том 2)
Михаил Жванецкий

Я не собирался быть писателем и, видимо, им не стал. Правда, в молодости была какая-то веселость, привычка к смеху вокруг себя.
Мы смеемся вместе. Вы смешите меня, потом этим же я смешу вас. Приятно, что мои рассказы стали привлекать публику, для чего большое значение имеет интонация. Мы так и жили все эти годы: говорили одно, думали другое, пели третье. Опровергали слова жестом, придавали другой смысл интонацией, и самому хотелось уцелеть и сохранить сказанное.
Литературно-художественное издание

читать дальше

Шестидесятые (том 1)
Михаил Жванецкий

Жванецкий - это не человек, не писатель, не судьба и даже не диагноз. Жванецкий - это не литература, не стихи, не эстрада и не керамика. Жванецкий - это среда обитания. Вы думаете, что здесь должна быть биография - но какая может быть биография, если этоне человек, а среда. Вы в нем живете. Эти 36 и 6 - температура не тела, а окружающей среды, и дай Бог, чтобы она всегда была такой нормальной.
Вы что, хотите, чтобы мы о нем рассказали? Бросьте, он постоянно сам рассказывает о себе - из каждого окна, из магнитофона, приемника, из телевизора - регулярно. В газетах и книгах - да, но это не то, Жванецкого надо воспринимать на слух и на взгляд, потому что - кураж, и ужимки, и портфель, и улыбка, а буквы этого не передают.
Ну что Вам в его биографии? Да,Одесса, да, самодеятельность, и Аркадий Исаакович Райкин подробно рассказал в мемуарах, как он это нашел и поднял практически с земли, а потом - рассказы, миниатюры, эстрада, успех на бобинах, кассетах, потом пластинки, потом - потом все, что мы знаем о Жванецком сейчас: его голос, лицо, гениальный текст, который мы уже давно выучили, а он все еще нет.
Жванецкий - это то, как мы себя видим. Это необидная правда, сказаная человеком, которого мы любим. Он нас так хорошо учил, что мы не воспринимаем его как Учителя. Мы просто говорим его словами, которые давно стали нашими. "Это сказал Жванецкий". И никуда от этого не денешься, да и не хочется. (Информация взята с сайта www.ozon.ru)

читать дальше

Одесские дачи
Михаил Жванецкий

«Нормально, Григорий? Отлично, Константин!», «А что скажет начальник транспортного цеха?», «Тщательней надо, тщательней»… Михаил Жванецкий давно разобран на пословицы, поговорки, афоризмы и даже просто обрывки фраз, многие из которых успели утратить авторство. Нелишне напомнить, что авторство есть, что автор жив-здоров и у него настоящий творческий ренессанс. Этот сборник — первая из двух книг, составленных автором из своих, если так можно выразиться, самых миниатюрных миниатюр и самых цитируемых цитат.

читать дальше

Тщательней...
Александр Солженицын

Во втором томе 30-томного Собрания сочинений печатается роман «В круге первом». В «Божественной комедии» Данте поместил в «круг первый», самый легкий круг Ада, античных мудрецов. У Солженицына заключенные инженеры и ученые свезены из разных лагерей в спецтюрьму — научно-исследовательский институт, прозванный «шарашкой», где разрабатывают секретную телефонию, государственный заказ. Плотное действие романа умещается всего в три декабрьских дня 1949 года и разворачивается, помимо «шарашки», в кабинете министра Госбезопасности, в студенческом общежитии, на даче Сталина, и на просторах Подмосковья, и на «приеме» в доме сталинского вельможи, и в арестных боксах Лубянки. Динамичный сюжет развивается вокруг поиска дипломата, выдавшего государственную тайну. Переплетение ярких характеров, недюжинных умов, любовная тяга к вольным сотрудницам института, споры и раздумья о судьбах России, о нравственной позиции и личном участии каждого в истории страны.
А. И. Солженицын задумал роман в 1948—1949 гг., будучи заключен ным в спецтюрьме в Марфино под Москвой. Начал писать в 1955-м, последнюю редакцию сделал в 1968-м, посвятил «друзьям по шарашке».

читать дальше

Собрание сочинений в 30 томах. Том 2. В круге первом
Александр Солженицын

Первый том 30-томного собрания сочинений А. И. Солженицына являет собой полное собрание его рассказов и «крохоток». Ранние рассказы взорвали литературную и общественную жизнь 60-х годов, сделали имя автора всемирно известным, а имена его литературных героев нарицательными. Обратившись к крупной форме — «В круге первом», «Раковый корпус», «Архипелаг ГУЛАГ», «Красное Колесо», — автор лишь через четверть века вернулся к жанру рассказов, существенно преобразив его. Тексты снабжены обширными комментариями, которые позволят читателю в подробностях ощутить исторический и бытовой контекст времени.

читать дальше

Собрание сочинений в 30 томах. Том 1. Рассказы и крохотки
Александр Солженицын

Том 7. Красное колесо. Повествование в отмеренных сроках в четырех Узлах. Узел 1. Август Четырнадцатого. Книга 1

Седьмой том открывает историческую эпопею в четырех Узлах «Красное Колесо». Узел 1, «Август Четырнадцатого», состоит из двух книг. Книга первая посвящена Самсоновской катастрофе — окружению и разгрому Второй русской армии в начале Первой мировой войны.

Александр Солженицын. Собрание сочинений в 30 томах. Том 8. Красное колесо. Повествование в отмеренных сроках в четырех Узлах. Узел 1. Август Четырнадцатого. Книга 2

Восьмой том содержит окончание «Августа Четырнадцатого» — первого Узла исторической эпопеи «Красное Колесо». В нем не только завершен показ и анализ Самсоновской катастрофы, но дан художественный обзор царствования последнего императора Николая Второго вплоть до Первой мировой войны и ярко представлена фигура премьер-министра П. А. Столыпина, его труды, реформы и трагическая смерть.

читать дальше

Собрание сочинений в 30 томах. Том 7. Том 8 (комплект из 2 книг)
Александр Солженицын

В третьем томе 30-томного Собрания сочинений печатается повесть «Раковый корпус». Сосланный навечно в казахский аул после отбытия 8-летнего заключения, больной раком Солженицын получает разрешение пройти курс лечения в онкологическом диспансере Ташкента. Там, летом 1954 года, и задумана повесть. Замысел лежал без движения почти 10 лет. Начав писать в 1963 году, автор вплотную работал над повестью с осени 1965 до осени 1967 года. Попытки «Нового мира» Твардовского напечатать «Раковый корпус» были твердо пресечены властями, но текст распространился в Самиздате и в 1968 году был опубликован по-русски за границей. Переведен практически на все европейские языки и на ряд азиатских. На родине впервые напечатан в 1990.
В основе повести — личный опыт и наблюдения автора. Больные «Ракового корпуса» — люди со всех концов огромной страны, изо всех социальных слоев. Читатель становится свидетелем борения с болезнью, попыток осмысления жизни и смерти; с волнением следит
за робкой сменой общественной обстановки после смерти Сталина, когда страна будто начала обретать сознание после страшной болезни. В героях повести, населяющих одну больничную палату, воплощены боль и надежды России.

читать дальше

Раковый корпус. Том 3

« СЮДА   |   ТУДА »

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

    Поддержка Правительства Москвы

© Издательство «Время», 2000—2017