Главная

ИЗДАТЕЛЬСТВО «ВРЕМЯ»

просмотров: 4 210 | Версия для печати | Комментариев: 0 |
Вениамин Смехов: "...я живу и преподаю в Америке..."
"Интернет убеждает, что я живу в Америке и преподаю в актерской мастерской"

Актер и режиссер Вениамин Смехов в интервью "Газете"

Вениамин Борисович, вам действительно запрещали снимать телефильм по Гоголю?
Это был тяжкий год. Сначала мне запрещали работать, но потом Анатолий Эфрос позвонил начальству, и мне разрешили снимать. Недавно пересмотрел: Иван Бортник потрясающе играет пасечника по имени Рудый Панько - старика, в котором соединились удаль и безнадежное одиночество человека, оказавшегося на ярмарке сплошных потерь. Мы тогда договорились между собой, что делаем «Сорочинскую ярмарку» в честь великого режиссера Юрия Любимова, которого тогда лишили «Таганки» и гражданства.

Эфрос стал худруком «Таганки» после изгнания Любимова. Как вы воспринимали его приход?
Для нас, артистов "Таганки", это было семейной трагедией: при живом отце в театр пришел другой человек. «Таганка» при Любимове была, как ее удачно назвали, оазисом свободы в несвободной стране, театром чести, достоинства и художественных новаций, театром возрождения эпохи русского авангарда. Фактически его запретили уже на излете нашей театральной истории, к 20-летию "Таганки", и запретили неочевидно, "по-совковому". Тогда мне казалось, что Эфрос пошел навстречу пожеланиям политбюро ЦК КПСС. Сейчас понятно, что та ситуация была трагической и для него. Эфрос был великим режиссером, с которым я всю жизнь мечтал работать, но репетировал с ним «На дне», когда в Театре на Таганке воцарилось глухое средневековье. Мы играли печаль потери театра.

Правда ли, что в Набережных Челнах вы с Высоцким ходили по городу под его песни?
Нас отправили в Набережные Челны перед тем, как "подарить" поездку в Болгарию. Мы шутили: «Курица не птица, Набережные Челны - помощь загранице». Там все считали "Таганку" театром имени Высоцкого. А надо сказать, что рабочие в этом городе очень хорошо получали, при этом практически не пили и практически у всех были кассетные магнитофоны. И когда после дневного спектакля «Павшие и живые» мы с Золотухиным и Высоцким шли от Дворца культуры, где играл театр, в гостиницу, горожане ставили на подоконники магнитофоны и включали записи Высоцкого. Дней пять или шесть мы ходили в гостиницу под его песни. Помню, нас это ужасно веселило.

Вы сейчас смотрите спектакли Театра на Таганке?
Стараюсь смотреть регулярно. Но все-таки я уже 10 лет не выхожу на сцену "Таганки". А до этого лет шесть-семь выходил только в спектакле «Мастер и Маргарита»: возвращаясь из поездок, несколько раз в год я играл Воланда. С каждым спектаклем играть было все сложнее: время и новые исполнители меняли многое в атмосфере прекрасного любимовского зрелища. Мы поговорили с Юрием Петровичем, и я с благодарностью ушел из спектакля. Но в театре бываю.

В последние два года вы стали больше, чем раньше, сниматься в кино и на телевидении.
Да, я сделал гораздо больше шагов в направлении киногоризонта, чем за предыдущие 18 лет.

И что же заставило их сделать?
Меня никто не может заставить, все случается само собой. Видимо, потому, что я благодарный фаталист. По-моему, я и в театре не попросил ни одной роли. Кроме «Дома на набережной» Юрия Трифонова, где я должен был играть положительную роль, а выпросил себе роль главного героя Глебова, то есть бяки противного. Но я не ожидал, что получу ее, как не ожидал Клавдия в «Гамлете» или Воланда в «Мастере и Маргарите». И в прошлой жизни, пока не снимался, не тосковал по кинематографу. Мне очень нравились мои занятия: путешествия, концертные программы, литературное сочинительство, записи аудиокниг. Я у микрофона сыграл в любимых книжках все роли! Только в «Мастере и Маргарите» было ролей 80.

Считается, что больше времени вы отдаете работе за границей.
Мы с женой Галей не раз делили вместе страны, континенты и работу в театрах. Правда, гораздо реже, чем об этом говорят. Так, интернет настойчиво убеждает, что я живу в Америке и преподаю в актерской мастерской. Хотя я работал в Германии, Франции, Чехии, Голландии, Америке, Израиле. Мне удалось поставить там спектакли и освоить преподавание на чужом языке. Но последние пять лет дома гораздо больше интересной работы.

А вообще с интернетом у вас какие отношения?
Сначала у нас были троюродные, а теперь - двоюродные благодаря Гале. Она работает только на компьютере и сидит в интернете.

Книги пишете на компьютере?
Нет, ручкой. Правда, жена меня научила редактировать текст на компьютере. Раньше все тексты набирала Галя, но у нее столько дел, что мне жаль ее нагружать. Многие мои книжки перепечатала наша подруга Наташа, в том числе и мои дневники.

Вы по-прежнему их ведете?
Веду, когда могу. Это тренирует внимание. Недавно придумал формулу: если хочешь добиться внутреннего согласия с собой, внутренней гармонии и порядка, надо позаботиться о внешнем порядке. Потому что он влияет на порядок внутренний.

Что вы собираетесь делать в ближайшее время?
Мне хватает работы. В начале мая выйдет посвященный Пушкину альбом «Да здравствуют музы» с подзаголовком «Литературно-музыкальное признание». Это соединение поэзии и музыки Давида Тухманова, Олега Митяева и моих. 27 мая в рамках Международного фестиваля хорового искусства в зимнем саду «Астории» в Петербурге прозвучит сочинение Дмитрия Смирнова «Приявший мир» на стихи Александра Блока для чтеца и смешанного хора, с моим скромным участием. Пишу книгу, готовлю инсценировку для театра, концертирую.

Правда ли, что вам не нравится, если внуки называют вас дедом?
Мне нравится присутствие юмора в словах «Дедушку надо слушаться». Но, признаться, во мне всегда побеждает не родственное начало, а дружеское. Пушкин в одном стихотворении говорит: «Поклонник дружеской свободы, веселья, граций и ума». Подписываюсь под этой фразой.

Интервью Вениамина Смехова "Газете".


news1 news2