Главная
ИЗДАТЕЛЬСТВО «ВРЕМЯ»
просмотров: 214 | Версия для печати | Комментариев: 0 |

Станислав Секретов, СПб "Ведомости" - о романе Егора Фетисова "Ковчег"

В Петербурге, вопреки прогнозам синоптиков, который день не стихает сильнейший ливень, мобильной связи нет, все выезды перекрыты полицией, а в народе ходят слухи, что в город извне проник опаснейший вирус - вот-вот начнется эпидемия... Придумал художественный апокалипсис Егор Фетисов - события его романа «Ковчег» развиваются в таких непростых условиях.
Главный герой «Ковчега» Матвей Ламехов - художник. Окончил Муху - Академию имени Штиглица, однако по воле тестя, вынужденного мириться с неудачным, на его взгляд, выбором единственной дочери, устроился завхозом в цирк. Вместо свободы - унылый быт, вместо искусства - покупка шлагбаума для циркового двора. Поневоле захочется напиться, что Матвей и делает, переносясь затем в прошлое - на сто с лишним лет назад - в легендарное арт-кафе «Бродячая собака».
Чтобы ввести вторую сюжетную линию, Фетисову не нужна фантастика - никаких машин времени и колдовских заклятий. Писатель использует измененное состояние героя. Иллюзии, вызванные алкоголем, сны и гипноз отправляют Матвея туда, где можно запросто пообщаться с Осипом Мандельштамом, Бенедиктом Лифшицем и Михаилом Кузминым. К тем, в чей круг друзей и близких знакомых входят Николай Гумилев, Александр Блок и Велимир Хлебников.
В главах о прошлом - неспешные интеллектуальные беседы о вечности и сущности бытия плюс поэзия. В главах о настоящем - никакого спокойствия: одни только страхи, переживания, опасности - проза жизни. Чередуя их, автор находит общий язык и с теми, кому интересно погрузиться в атмосферу Серебряного века, и с теми, кто любит приключения с детективным налетом. Правда, детективную интригу ближе к финалу Фетисов обрубит, зато оставит интригу психологическую.
Как построить свой ковчег и что вложить в это понятие, каждый решает сам - в романе широчайший спектр культурных отсылок: от предсказуемого Ветхого Завета до нетривиального знакомства с творчеством петербургского поэта и музыканта Константина Арбенина.
Петербургского в «Ковчеге» вообще немало. Северная столица, по мнению персонажа, представляет собой обитель мифов: «Матвея всегда поражало, насколько живучи мифы, быстро достигающие гигантских масштабов. Они, как борщевики, мгновенно прорастают на любой почве, неуклонно отвоевывая историческое пространство у реальных событий и личностей. В Петербурге, как ему казалось, это чувствуется особенно отчетливо - как будто сырой приморский климат города способствует их росту, питает их корни туманными соками». Для супруги главного героя Питер не родной город, Нева ей кажется прекрасной царевной, заключенной в холодный, но прекрасный мраморный гроб.
История парадоксальна: век назад Шкловский был просто Витькой, «свиные» же книги из «Бродячей собаки» с автографами тогдашних поэтов не имели особой ценности. Зато Бармалеева улица осталась на своем месте, хотя ее название теперь чаще связывают не с именем купца, а с персонажем сказок Чуковского. Да и «Санкт-Петербургские ведомости», вскользь упомянутые в одной из «исторических» глав «Ковчега», по-прежнему продолжают выходить.
Егор Фетисов. Ковчег. - М.: Время, 2018. - 224 с.



news1 news2
Поддержка Правительства Москвы

© Издательство «Время», 2000—2017