Главная
ИЗДАТЕЛЬСТВО «ВРЕМЯ»
просмотров: 34 | Версия для печати | Комментариев: 0 |

Читайте отрывок из романа Ольги Фикс "Улыбка химеры" на сайте "Горький"
Источник: Gorky.media

«Горький» совместно с интернет-магазином «Лабиринт» отбирает фрагменты из книг, на которые стоит обратить внимание. Сегодня мы предлагаем вашему вниманию роман Ольги Фикс «Улыбка Химеры»: действие романа разворачивается в мире, где построен коммунизм.

 

Плачет Галадриэль в туалете

 

Она нагнала его на выходе из учебного корпуса. Все уже ушли, а он, как всегда, задержался, проверяя последние тетради. Максим никогда не затягивал с проверкой и никогда не брал тетради домой, из-за этого часто задерживался. На это у Машки и был расчет.

— Максим Игоревич! Можно с вами поговорить?

— Говори, Машенька! Говорить еще никому не заказано, — он улыбнулся своей обычной теплой улыбкой — немножко Машке и немножечко своим мыслям.

— Максим Игоревич, я тут подумала и решила: я хочу ребенка от вас!

От неожиданности Макс поперхнулся. Запнулся, однако немедленно взял себя в руки и как ни в чем не бывало продолжил движение. Старался не смотреть на нее, но краем глаза отмечал, какая она вся красная и потная. Задохнувшись после выпаленных слов, Машка теперь тяжело, с хрипом переводила дыхание. Черт, от кого-кого, а от нее не ожидал!

Не то чтобы такое с ним в первый раз. Конечно, по весне они все немножко сходят с ума, Макс к этому даже почти привык, но Машка…

— Маш, мне, конечно, лестно такое слышать, — заговорил он, не без труда подбирая слова. Обычно подобные разговоры давались ему куда легче. Потому что, по правде сказать, Макс и сам заглядывался на Машку. Исподтишка, на уроках, на переменках. Любовался, как падают во время письма темные кудряшки на смуглую щеку, как кривятся смешно пухлые губы и порой показывается между ними кончик языка.

Была бы она на пять лет постарше! И не будь она его ученицей.

Макс привык быть честным с собой. Особенно в эти последние, одинокие годы, когда обманывать стало попросту некого. Никуда не денешься, Машка ему нравилась. Так что сейчас ему было в первую очередь жаль себя. Конечно, если бы она не была его ученицей…

Но ничего не поделаешь. Правила есть правила.

А вот ее ему не было жалко нисколечко. Чего их жалеть? Да, сейчас она стоит, и краснеет, и дышит как паровоз. Кажется, даже начала уже всхлипывать. Но ведь это пройдет! Она красивая девчонка, вот-вот встретит своего парня. Какого-нибудь лопоухого дурака-ровесника или чуть постарше. И все у них будет пучком, в равной мере смешно, трогательно и глупо. Как и у него самого когда-то. Всякому овощу, так сказать, свое время.

Хотя, конечно, при иных обстоятельствах… Но — стоп. Макс запретил себе думать и чувствовать и переключился на автопилот.

— Маша, ты же умная девочка. Прекрасно знаешь, что подобные вещи внутри школы запрещены.

— Но вовсе не обязательно делать это в школе!

При слове «это» автопилот в Максе неожиданно дал сбой. В горле запершило, Макс судорожно сглотнул. Нет, как она легко обращается со словами!

— А ты не думаешь, что так даже хуже? Получится, будто мы всех обманываем.

— Не обманываем! А просто… Ну… Мы ведь не обязаны всех посвящать в свою личную жизнь. Так даже в школьном уставе написано! Что личная жизнь учащихся никого не касается!

Ему сделалось смешно.

— Хорошо, а потом что ты скажешь? От кого у тебя ребенок?

— А я ничего не скажу! Может, их у меня много было? Может, я даже и сама не всех помню? Не бойтесь, Максим Игоревич, от меня никто ничего не узнает!

Макс неожиданно разозлился.

— Маш, ну всё. Так мы с тобой далеко зайдем. Давай лучше считать, что разговора этого у нас не было.

— Но… Послушайте! Ведь я ж вас больше ни о чем не прошу! Я просто хочу, чтобы ребенок мой был от вас. А не от кого-то из наших мальчишек. Потому что… Ну, они все, конечно, хорошие. Но какие-то все еще… одним словом, полуфабрикаты. Из них вообще еще неизвестно что выйдет. А вы… Вообще, что вам стоит? Один-единственный раз, и всё. Можно ведь подгадать под овуляцию. Я вам что, совсем-совсем, ни капельки не нравлюсь?

— Маш, ну что ты говоришь? Ты сама-то себя хоть слышишь? Зачем тебе это? Я старый уже, некрасивый. А ты красавица, умница. Хоть и ведешь себя сейчас как дура. Ну, оглядись! Вокруг полно красивых, интересных парней. Ну пусть не из вашего класса, а из выпускного. Не может быть, что ни один из них…

— Пфф! — она презрительно фыркнула. — Я ж вам уже все сказала. Они… они все еще… А вы… вы уже, сейчас. Вы цельный. Вы настоящий. И вот поэтому я хочу… В целях улучшения генофонда!

И Машка в ярости топнула ногой по дорожке, взметнув вверх целый фонтан декоративной гальки.

Максим едва успел защитить глаза. Острый камешек царапнул его по щеке.

— И не говорите со мной как с чокнутой!

— Маш, но ты сама напрашиваешься! За улучшением генофонда следует обращаться в банк спермы.

— И обращусь! А там есть ваш образец?

— Нет.

— Ну и вот! — Машка отвернулась.

В глазах ее стояли слезы. Меньше всего она сейчас думала об улучшении генофонда.

Ну ничего! Он у нее еще попляшет! Есть у Машки один способ. Ей бы только дожить до каникул! Вот она приедет домой, сбегает на крышу, и Максим Игоревич будет у нее в кармане!

Больше всего Максиму сейчас хотелось ее обнять. Но делать этого нельзя было ни в коем случае.

* * *

Зарегистрировавшись в гостинице, Максим с временного номера зашел на сайт местных общественных работ. Хм, что б такое выбрать, потяжелее и попротивней, где час идет за два? И чтоб не слишком рано, и не очень поздно, и от гостиницы не слишком далеко…


(читать дальше на сайте "Горький")




news1
    Поддержка Правительства Москвы

© Издательство «Время», 2000—2017

{links}