Участвовать в выборе лауреата конкурса «Букер Десятилетия» были приглашены все ныне живущие члены Букеровскиих жюри 2001–2010 годов – 45 человек . На первом этапе голосования им предстояло составить шорт-лист из пяти романов, выбираемых из числа всех 60 романов, входивших в шорты-листы Букеровской премии за эти десять лет. На втором этапе – назвать имя лауреата. В финальном голосовании приняло участие 37 членов жюри (на первом этапе их было – 33).

Лауреатом премии «РУССКИЙ БУКЕР ДЕСЯТИЛЕТИЯ» назван Александр ЧУДАКОВ (1938–2005) с романом «Ложится мгла на старые ступени…» (финалист 2001 года).

«Мастер!» — воскликнул известный советский критик Анатолий Бочаров в одной из своих статей, заканчивая разбор рассказа Анатолия Курчаткина «Хозяйка кооперативной квартиры». С той поры прошло тридцать лет, но всякий раз, читая прозу писателя, хочется повторить это определение критика. Герой нового романа Анатолия Курчаткина «Полёт шмеля» — талантливый поэт, неординарная личность. Середина шестидесятых ушедшего века, поднятая в воздух по тревоге стратегическая авиация СССР с ядерными бомбами на борту, и середина первого десятилетия нового века, встреча на лыжне в парке «Сокольники» с кремлевским чиновником, передача тому требуемого «отката» в виде пачек «зеленых» — это всё жизнь героя. Два повествовательных пото- ка, исторический и современный, текут одновременно, рисуя для читателя ясный и выразительный портрет времени.

Своей первой книгой («Я нашел смысл жизни») Владимир Цай доказал, что жанр серьезного философского трактата доступен не только профессиональным ученым. И что от автора этих размышлений можно «ожидать неожиданностей» — они и не замедлили появиться. Если существуют в литературе полюса — они перед вами. Первая часть этой книги — типичная мужская проза об армейской службе. Воспоминания, наблюдения, случаи, судьбы. И вывод: «Армия – это мускулы общества. Даже если нет угрозы войны, они должны быть в хорошей форме. Военные парады – это соревнования по бодибилдингу между государствами». Другая же половина книги — еще одна попытка объяснить мир, проследив, как «гомо сапиэнс эволюционировал в сетевой сапиэнс» и как «человек превращался в терминал Интернета, сначала мобильный, а затем и стационарный».  Что общего с первой частью книги? Вывод: мысли — мускулы мозга. Мозги тоже должны быть в хорошей форме. Чтобы не помереть от скуки.

В этой книге Лидия Чуковская, автор знаменитых «Записок об Анне Ахматовой», рассказывает о своем отце Корнее Чуковском. Написанные ясным, простым, очень точным и образным языком, эти воспоминания о жизни Корнея Ивановича, о Куоккале (Репино), об отношении Чуковского к детям, природе, деятелям искусства, которых он хорошо знал, — Репину, Горькому, Маяковскому, Блоку, Шаляпину и многим другим. Книга доставит настоящее удовольствие и детям, и взрослым.

«Бить или не бить?» — последняя книга выдающегося российского ученого-обществоведа Игоря Семеновича Кона, написанная им незадолго до смерти. В этой книге, опираясь на многочисленные мировые и отечественные антропологические, социологические, исторические, психолого-педагогические, сексологические и иные научные исследования, автор попытался представить общую картину телесных наказаний детей как социокультурного явления. Каков их социальный и педагогический смысл, насколько они эффективны и почему вдруг эти почтенные тысяче­­­летние практики вышли из моды? Или только кажется, что вышли? Задача этой книги — помочь читателям, прежде всего педагогам и родителям, осмысленно, а не догматически сформировать собственную жизненную позицию по этим непростым вопросам.

Во втором томе 30-томного Собрания сочинений печатается роман «В круге первом». В «Божественной комедии» Данте поместил в «круг первый», самый легкий круг Ада, античных мудрецов. У Солженицына заключенные инженеры и ученые свезены из разных лагерей в спецтюрьму — научно-исследовательский институт, прозванный «шарашкой», где разрабатывают секретную телефонию, государственный заказ. Плотное действие романа умещается всего в три декабрьских дня 1949 года и разворачивается, помимо «шарашки», в кабинете министра Госбезопасности, в студенческом общежитии, на даче Сталина, и на просторах Подмосковья, и на «приеме» в доме сталинского вельможи, и в арестных боксах Лубянки. Динамичный сюжет развивается вокруг поиска дипломата, выдавшего государственную тайну. Переплетение ярких характеров, недюжинных умов, любовная тяга к вольным сотрудницам института, споры и раздумья о судьбах России, о нравственной позиции и личном участии каждого в истории страны.
А. И. Солженицын задумал роман в 1948—1949 гг., будучи заключен ным в спецтюрьме в Марфино под Москвой. Начал писать в 1955-м, последнюю редакцию сделал в 1968-м, посвятил «друзьям по шарашке».

Третья книга избранных произведений выдающегося мастера отечественной фантастики Кира Булычева (1934—2003) подводит итоги более чем 35-летней работы автора над «гуслярским» циклом рассказов и повестей, являющихся одной из вершин творчества всемирно известного писателя.

Заключительный том издания с исчерпывающей полнотой и выверенностью представляет художественные произведения, с неподражаемым юмором, мудрой иронией и язвительным сарказмом повествующие о нравах и порядках вымышленного городка с гордым названием Великий Гусляр, о его жителях и необычайных происшествиях, то и дело приключающихся с ними. Как заметит заинтересованный читатель, фантастический городок явственно отражает в себе многие черты советской и российской действительности недавнего прошлого и самых последних лет. Однако обыденная повседневность жизни неожиданно и непредсказуемо преображается творческой волей автора.

В третий том настоящего издания вошли повести и рассказы, написанные в последние годы жизни автора (с 1996 по 2003 г.). В том включены ранее не публиковавшиеся произведения, найденные в архиве писателя после его смерти.

Вторая книга избранных произведений выдающегося мастера отечественной фантастики Кира Булычева (1934—2003) продолжает знакомить читателей с одним из лучших циклов рассказов и повестей писателя — «гуслярским», которому автор посвятил более 35 лет активной творческой работы. Настоящее издание впервые с исчерпывающей полнотой и выверенностью представляет художественные произведения, с неподражаемым юмором, мудрой иронией и язвительным сарказмом повествующие о нравах и порядках вымышленного городка с гордым названием Великий Гусляр, о его жителях и необычайных происшествиях, то и дело приключающихся с ними. Вдумчивому читателю нетрудно будет заметить, что фантастический городок явственно отражает в себе многие черты советской и российской действительности недавнего прошлого и самых последних лет. Творческая воля автора неожиданно и непредсказуемо преображает легко узнаваемые приметы и ситуации.

Во второй том настоящего издания вошли повести и рассказы, написанные с конца 1970-х до середины 1990-х гг.

Первая книга избранных произведений выдающегося мастера отечественной фантастики Кира Булычева (1934—2003) знакомит читателей с одним из лучших циклов рассказов и повестей писателя — «гуслярским», работа над которым продолжалась более 35 лет. В настоящем издании впервые с исчерпывающей полнотой и выверенностью представлены художественные произведения, с неподражаемым юмором, мудрой иронией и язвительным сарказмом повествующие о нравах и порядках вымышленного городка с гордым названием Великий Гусляр, о его жителях и необычайных происшествиях, то и дело приключающихся с ними. Внимательный читатель заметит, что фантастический городок, как в капле воды, отразил в себе многие черты советской и российской действительности недавнего прошлого и самых последних лет. Все легко узнаваемо, и в то же время непредсказуемо преображено творческой волей автора.

В первый том настоящего издания вошли повести и рассказы, написанные в конце 1960-х — 1970-е годы, а также письма героев произведений в редакции журналов и газет.

Мы дожили, это главное. Мы на перепутье, мы не можем стать такими, как другие, нас многое отличает. Мы лежим, сидим, валяемся, но на правильном пути.
На пути, которым прошли все. Здесь нет ошибки. Бандитизм, проституция, воровство и продажность — расплата за мир. Войной можно все это уничтожить, мир все это допускает.