Новинки

ИЗДАТЕЛЬСТВО «ВРЕМЯ»

Добро пожаловать в издательство «Гроб на колесиках»! Здесь все не как у людей: директор не отражается в зеркале, художник постоянно взрывается, а юрист Полина Никитична целыми днями глазеет в окно: там скачет и никак не доскачет рыцарь на белом коне. А все потому, что кто-то наложил на издательство заклятие. Сумеют ли четвероклассники Ваня и Люба, победители конкурса фантастических рассказов, расколдовать издательство? Или им придется теперь писать по гроб жизни? Кафе «У трех котиков» находится рядом с издательством «Гроб на колесиках». Именно там Ваня и Люба решают устроить презентацию своих новых книг.


Иллюстрации Александры Николаенко

6+

читать дальше

Издательство «Гроб на колесиках». Кафе «У трех котиков»
Мама любит дочку, дочка — маму. Но почему эта любовь так похожа на военные действия? Почему к дочерней любви часто примешивается раздражение, а материнская любовь, способная на подвиги в форсмажорных обстоятельствах, бывает невыносима в обычной жизни? Авторы рассказов — известные писатели, художники, психологи — на время утратили свою именитость, заслуги и социальные роли. Здесь они просто дочери и матери. Такие же обиженные, любящие и тоскующие, как все мы.

читать дальше

Дочки-матери, или Во что играют большие девочки

"Человек в бандане: История онкологического пациента, рассказанная от первого лица: как мне лечили рак, а заодно мозги на место поставили" В мире давно эпидемия онкологических заболеваний. Недуг может коснуться каждого без видимой причины. В онкологии неизвестность — часть диагноза. Как принять то, что невозможно изменить? Александр Беляев — музыкальный журналист, у которого нашли рак желудка. В книге он рассказывает свою историю — про операцию и химиотерапию. Диагноз и лечение онкологического заболевания не могут быть простыми и лёгкими, и ни один пациент не представляет, что его ждёт на этом пути. Описывая свою жизнь — пациента и журналиста, а также приводя примеры других людей, автор приходит к парадоксальному вы- воду: болезнь сделала его инвалидом физически, но морально он стал лучше. Книга «Человек в бандане» (проходящие курс химиотерапии теряют волосы и вынуждены повязывать голову платком) изначально создавалась как серия подробных дневниковых записей, но через год оформилась в повествование с чётким сюжетом. Личный опыт автора может пригодиться тем, у кого в семье есть онкологические больные или кто болен сам. Как выдержать хождение по медицинским организациям, равнодушие и бюрократию, сложное лечение и прочее... Но и после диагноза жизнь продолжается. Просто теперь она будет совсем другой.

читать дальше

Человек в бандане: История онкологического пациента, рассказанная от первого лица
Сказки о Копушонке вводят читателя в согревающий, добродушный мир, в котором хочется побыть побольше. Здесь зимние узоры на стекле предсказывают будущее, в лукошке с ягодами кто-то оставляет тайные послания и можно поплавать на настоящей лодке, не выходя из настоящего самолета. Здесь сказочна сама жизнь, где взрослым горожанам не угнаться за ребенком, которого все считают заторможенным. На удивительные вызовы герой отвечает по-своему и успевает именно потому, что не спешит. Отныне слово «копушонок» может украсить словарь детей и взрослых, а приключения героев разбудят не только воображение, но и размышления о самых важных предметах.

читать дальше

Сказки про Копушонка
Эта книга написана эмигрантом из Советского Союза, что значит — человеком, воспитанным на ценностях европейской культуры девятнадцатого века, замороженных в Советской России. Эта книга написана человеком, находящимся в состоянии ярости на европейскую цивилизацию за то, что она, достигнув беспрецедентного материального могущества, пришла к концу своей когда-то культурной мощи. Эта книга написана человеком, живущим пятьдесят лет в США — этой уродливой персонификации последней стадии Европы, — то есть перманентным пессимистом.

читать дальше

Американский калейдоскоп: рассказы, эссе. «Мисюсь, где ты?»: повесть
Леонид Никитинский полагает, что журналистика и литература очень разные профессии, а «писатель» — тот, кто может заработать этим на жизнь. На самом деле и в жизни, и в книгах (а в издательстве «Время» ранее вышла его книга «Белая карета») он перемешивает журналистику и литературу в разных пропорциях. Рассказ «Карантин», как пишет автор, «полностью выдуман». Но о жизни и нравах Конституционного суда он расскажет не меньше, чем качественный газетный репортаж. А вообще-то и больше. Опубликованный «Новой газетой», он сразу же вызвал одобрение одних и возмущение других. Только вот в «не- правде жизни» автора никто не обвинил. Повесть «Алиби» — гротеск, фантасмагория. Но мы что, не читали в Сети про членов местных избиркомов, вылезающих из участков по пожарной лестнице с пачкой фальшивых бюллетеней в зубах? Пожалуй, в «Зале ожидания» писателя Никитинского больше, чем журналиста. Это тот случай, о котором он сам пишет так: герои родились в голове у автора, «а дальше они все бегают уже сами по себе, и надо за ними только внимательно следить». За героями Леонида Никитинского следить увлекательно и тревожно — очень уж они непредсказуемые. Зато книги про них получаются «умные, человечные и нежные» — определение Людмилы Улицкой.

читать дальше

Зал ожидания: две с половиной повести в карантине
Новая книга прозаика и сценариста Алексея Слаповского состоит из романа и рассказов и демонстрирует виртуозное умение автора рассказывать истории, из которых получается кино. «Теперь, когда меня убили, я могу говорить все, что хочу и как хочу». Так начинается «потусторонняя история» 18-летней девушки, отца которой, очень крупного чиновника, поймали на взятке, судили и посадили в тюрьму. Героиня узнает все больше об отце, о матери, об их друзьях и знакомых, а потом уезжает, прямо по классику, «к тетке, в глушь, в Саратов», и там новое узнавание — людей из тех социальных слоев, с какими она раньше не пересекалась. На самом деле речь идет о вглядывании в себя и в мир — будто глаза открылись, будто она заново начала жить, замечая то, чего раньше не видела. «Дерево» — тоже история от первого лица. Шел весьма немолодой человек по улице мимо дерева, вспомнил, как залезал на него в детстве. Взял да и опять залез. И жизнь его после этого изменилась коренным образом. «Авария» — цикл из шести рассказов о людях, которые куда-то ехали, спешили, строили планы, и вот массовая автоавария, и время словно остановилось — и что теперь? Так ли всегда плохо попасть в подобную ситуацию или она может повернуть жизнь в лучшую сторону? Или хотя бы в иную? Таким образом авария — что-то вроде метафоры той самой пандемии, с которой столкнулись мы все.

читать дальше

Ксю: роман. Дерево. Авария: рассказы
За роман «Песнь тунгуса» Олег Ермаков стал лауреатом премии «Ясная Поляна». Наградой в номинации «Выбор читателей» стала для писателя командировка в Сеул. «На исходе ночи я очнулся и увидел, что самолёт пролетает мимо Байкала. В Корею, в страну дальневосточных созерцателей... Не очередная ли это песнь байкальского жителя? Песнь странствий?» Так в результате и вышло. Семейная пара из Петербурга оказывается по приглашению в Сеуле. Бродя по улочкам экзотического города, они вспоминают годы молодости, когда жили на Байкале, в заповеднике. Герой там работал лесником и бредил мифическим царством Иоанна с одним примечательным деревом, шагнув за которое, можно было оказаться «на той стороне». И лесник честно пытался это сделать... И теперь ему, не слишком успешному бизнесмену, снова мерещится «та сторона». Неожиданная встреча со странным гидом как будто сулит это проникновение. У гида Лиды своя история путешествия «на ту сторону», в котором тоже был гид — эвенк, правнук великой шаманки Шемагирки. Маршруты романа уходят на Курильские острова, в Японию, в средневековую Корею и Китай, на Байкал и в места, вовсе недоступные обыденному сознанию.

читать дальше

Либгерик
«Пушкин — это просто нормальный русский человек в раздрызганной России». Это только одна из мыслей, поражающих простотой и очевидностью, к которым приходит автор этой книги — литературовед, писатель Ю. Ф. Карякин (1930—2011). Сборник состоит из заметок, размышлений Карякина о Пушкине, его роли в нашей истории, «странных сближениях» между Пушкиным и Гойей, Пушкиным и Достоевским. Основой книги стала неизвестная работа 70-х годов «Тайная вечеря Моцарта и Сальери». Что заставляет нас испытывать смятение от трагической фигуры Сальери? Почему он все-таки отравил Моцарта? Может, среди прочего потому, что Моцарт — личность, а именно личности в другом, другого в другом и не выносят такие, как пушкинский Сальери? Карякин пришел к выводам о послепушкинской России, получающим сегодня удивительные подтверждения.


читать дальше

Лицей, который не кончается
Николай Глазков (1919—1979) — один из крупнейших поэтов XX века, масштаб дарования которого трудно переоценить. Он — новатор и основатель литературного направления «небывализм», примыкающего к футуризму, пронзительный лирик и автор страстной гражданственной поэтики, им созданы эпические поэмы, хлёсткие афоризмы на злобу дня, трагикомические пьесы в стихах. В те годы, когда Н. И. Глазкова мало издавали, он мастерил свои поэтические тетрадки для узкого круга друзей и знакомых, а заодно изобрёл новое слово «самиздат», прочно вошедшее в русскую лексику (первоначально «сам-себя-издат»). В настоящее издание включены произведения от самых ранних до написанных в последние годы жизни.

Издание осуществлено при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

читать дальше

Поэт ненаступившей эры: Избранное