Главная

ИЗДАТЕЛЬСТВО «ВРЕМЯ»

просмотров: 120 | Версия для печати | Комментариев: 0 |
"Империя разбитых сердец" - о книге Мариэтты Чудаковой "Рассказы про Россию"
Источник: https://ug.ru

"Учительская газета": Книга Мариэтты Чудаковой "Рассказы про Россию", члена Европейской академии, знаменитого литературоведа, историка литературы, «Рассказы про Россию» посвящена событиям отечественной истории, изложенным для школьников. В сегодняшнем выпуске «УГ» два мнения наших постоянных авторов – Ольги Бугославской и Виталия Черникова – об этой новинке.

Ольга БУГОСЛАВСКАЯ

Советские исторические мифы оказались чрезвычайно живучими. «Добрый дедушка Ленин», «победа угнетенных над эксплуататорами», «прекрасная Страна Советов» и все с ними связанное благополучно пережили и перестройку, и 90-е, чтобы окончательно возродиться и окрепнуть в своей елейной благостности в наше время. Мариэтта Омаровна Чудакова поставила перед собой крайне сложную задачу – сыграть на опережение, предупредить дальнейшее распространение этих мифов, обратившись к самым юным читателям, в чьем сознании они еще не отлились в чугунные неподвижные конструкции. Но на этом пути возникает огромная проблема – очищенная от фальшивой романтизации история Октябрьской революции и Гражданской войны настолько трагична и тяжела, что ее крайне сложно адаптировать к детскому восприятию.

История страны рубежа XIX-XX столетий представлена как история противостояния реформаторов и революционеров. Главная мысль автора состоит в том, что Россия, достигшая благодаря успешным реформам императора Александра II и деятельности министров Сергея Витте и Аркадия Столыпина небывалого подъема, объективно вовсе не нуждалась в революции. Все, что ей требовалось, – дальнейшие преобразования. Об этом говорит уже тот факт, что большая часть так называемых достижений советской власти – результат реализации еще дореволюционных проектов. А подлинными двигателями социалистической революции октября 1917 года были фанатизм и властолюбие лидеров большевиков.

Мариэтта Чудакова в полной мере обладает даром убеждения. Она пишет одновременно и как историк, и как публицист. В тексте сквозит подспудное негодование по поводу того, что отрицается очевидное, читается раздражение человека, которому приходится доказывать, что дважды два четыре, а белое – это белое. Не в адрес читателей, а только тех людей, которые умышленно или бездумно продолжают транслировать ложь.

«Так получилось, что с раннего детства детям закладываются в голову мифические сведения о пред­октябрьской России», – пишет Мариэтта Чудакова. Действительно, массовая ностальгия по СССР воскресила миф о «тяжелом наследии царского режима», которое с трудом преодолевала советская власть, отсталой, неграмотной, аграрной России «с сохой», преобразованной в советское время в индустриальную державу с безотказными и быстрыми социальными лифтами, старорежимном бесправии и «мрачных царских застенках». Потребность верить в то, что «все было не зря», что «при всех издержках коммунистическая власть многое дала народу», восстановила некоторые опоры советской идеологии. Мариэтта Омаровна подводит итог: «Сегодня 50% взрослых граждан России поставили Сталина по его значению в истории России рядом с великим Пушкиным».

Если на миф есть запрос, то бороться с ним с помощью правды практически бесполезно. Миф побеждает историю, как известно. Но у детей такого запроса быть не должно. Его искусственное формирование можно предотвратить. И здесь задокументированная правда – главное оружие.

В принципе для сравнения «до» и «после» достаточно всего одного факта, очень показательного и красноречивого: «Общее количество смертных приговоров – 3173, подписанных Сталиным и его ближайшим подручным Молотовым за один день, превосходит число всех смертных приговоров, вынесенных в Российской империи за девять лет».

Страшное насилие, ложь и лицемерие – три столпа советской власти, ее главные орудия, пущенные в ход с первых дней противостояния красных и белых: «…лицемерие «советской» власти – важнейшая ее черта»; «…новая власть, еще даже не победив полностью, сразу же активно стала создавать свою мифологию»; «очень важно понимать – править Россией исключительно при помощи насилия Ленин и его единомышленники решили с самого начала, когда еще только готовили революцию. А вовсе не в ответ на сопротивление, как утверждают недобросовестные историки».

Эти установки полностью соответствовали личностям вождя пролетариата и его идейных сподвижников. Как справедливо отмечает Мариэтта Чудакова, чтобы составить представление о Ленине, нужно прочитать написанные им самим работы и изданные им распоряжения. Им не требуются интерпретаторы, они говорят сами за себя. Первое, что бросается в глаза, – это любимое слово вождя «расстрелять»: «Иногда кажется – может, у него (Ленина) просто не хватало воображения? И он не представлял себе, что за реальное действие стоит за словом «расстрелять»?»; «Он (Ленин) не мог, видимо, воспринимать людей как живых, подобных ему самому существ». Миф о «добром дедушке Ленине», пожалуй, один из самых циничных. Это не просто ложь, это горькое свидетельство того, насколько легко манипулировать общественным мнением, как просто выдать за правду картину, перевернутую на 180 градусов. Это, пожалуй, самый интересный аспект данного мифа, демонстрирующего неограниченные возможности пропаганды. Но за легковерие всегда приходится платить. Миф о Ленине как тормоз развития и вечный соблазн обошелся и продолжает обходиться нашей стране очень дорого.

Какой была общая канва истории периода 1861-1922 годов? По сути, книга Мариэтты Чудаковой – хроника катастрофы, фиксирующая трагическую и радикальную ломку перспективного вектора развития – успешные реформы и стремительное развитие в противоборстве с разрушительным террором народовольцев и подрывной деятельностью революционеров, кровавая схватка, установление жестокой диктатуры… История красного террора, раскулачивания, расказачивания, казни белых офицеров в Крыму и события, связанные с именем Розалии Землячки, у читателей-подростков могут вызвать в памяти слова из эпопеи Толкина: «Что могут сделать люди против такой свирепой злобы?» Мариэтта Чудакова умеет не только замечательно рассказывать сама, но и иллюстрировать свое повествование свидетельствами современников, оживить его голосами из того времени.

Истоки и смысл русской революции, причины крайнего ожесточения – огромная тема, которую в полном объеме невозможно осветить в книге для детей и подростков. Возможно, большего внимания заслуживают феномен абсолютной монархии и история парламентаризма в России. Было бы важно узнать, считает ли автор книги, что роковую роль сыграла существенная задержка реформы, позволяющей ограничить власть монарха в стране?

Мариэтта Чудакова сделала все для того, чтобы «Рассказы про Россию» были понятны даже совсем неподготовленным читателям. Книга содержит отдельный раздел – «Словарик», где разъясняется значение новых для ребенка слов и раскрывается смысл новых понятий. В него нужно было бы включить встречающиеся в книге слова «декабрист» и «нэпман».

Книга Мариэтты Чудаковой чрезвычайно ценна во многих отношениях. Она показывает мощь пропаганды и одновременно вооружает против нее, развивая у читателей критическое мышление. Но самое главное – «Рассказы про Россию» полны самого искреннего сочувствия к жертвам революции и диктатуры, горького сожаления об их непрожитых жизнях и нереализованном созидательном потенциале.

Виталий ЧЕРНИКОВ

Я был, наверное, уже пионером, когда взял в библиотеке похожую книгу – сборник исторических рассказов для советских детей. Про революцию, про тяжелую жизнь до нее, про войну… Особенно запомнилось о полководце Суворове. Тот приехал в имение и обнаружил много неженатых крепостных. Возмутился, приказал управляющему купить невест. Когда их привезли, выстроил парней и девушек парами по росту и скомандовал: «Шагом марш под венец!»

Чувствовалось: поведение своего персонажа автор не очень одобряет. Но иллюстрация к тексту выглядела скорее юмористической: стоят девки, то ли смущаются, то ли кокетничают; на них парни пялятся. Что такого? Суворовский креатив выглядел эксцентрикой. Великие могут чудить!

В конце XX века, в годы преодоления советских идеологических схем, казалось верным объяснять искаженное пропагандой прошлое, публикуя документы (докладные записки, протоколы, мемуары), настойчиво напоминая о людях и событиях, стертых из национальной памяти. Получилось недостаточно эффективно. А теперь у нас скрепы. «Новые подходы» могут свестись к модернизации эзопова языка. На таком фоне возвращение к забытым старым вроде сочинения эссе и рассказов для школьников кажется делом перспективным. Но упрощения в процессе почти неизбежны, как пишет Ольга Бугославская, «история Октябрьской революции и Гражданской войны настолько трагична и тяжела, что ее крайне сложно адаптировать к детскому восприятию».

Когда говоришь с детьми, надо разучиться фальшивить. Пишущий для них о Древнем Риме или реформах Столыпина очень рискует. Может прорасти клюква. Или пропаганда.

Интересно, приходила ли 20 лет назад в голову историку литературы, биографу Булгакова, идея писать для тех, кто не скоро прочтет ее главные книги? Цель благородна. Соглашусь с Ольгой Бугославской, которая хвалит Мариэтту Чудакову за попытку «сыграть на опережение» и помешать распространению возрождающихся мифов, опровергая их перед школьниками. Дело нужное. Особенно если заподозришь, что нынешний идейный треш не только сверху спущен, но и самовоспроизводится в комментариях где-то на Дзен.Яндексе, когда сотни людей хамским тоном пишут, что Королева и Туполева посадили за дело, ведь они воровали деньги. Или что до 1917 года крестьянский труд был рабским, если б не Ленин со Сталиным, жил бы народ поныне в нищете, без вузов, ракет, «добрых советских мультфильмов», а прабабушка не научилась бы грамоте!

В «Рассказах про Россию» подкупает сочувствие автора к перемолотым жерновами эпохи. К мальчику, убитому бомбой террориста. К умершему от голода в 1918‑м мужику. Потому важны главы о семье Емельяновых (побольше бы подобных историй!), помогавшей Ленину и Зиновьеву, что скрывались летом 1917‑го в Разливе от ареста. Почти всех Емельяновых при Сталине арестуют, кое-кого расстреляют. Убьют, вычеркнут из памяти и Григория Зиновьева. Слова о нем не все, боюсь, оценят: «В человеческом обществе есть правило – нельзя расстреливать или разносить бомбой… за то, что это – плохой человек. А также нельзя подвергать пыткам никого».

Главы о России до 1917‑го – рассказ про эволюцию. Смягчалась общественная атмосфера, империя превращалась в правовое государство. Страна проиграла в войне японцам, но состоялись важные реформы. Да, в разгар первой революции работали военно-полевые суды, но по их приговорам расстреливали террористов (неужто без произвола?), и число казненных несравнимо с количеством смертных приговоров, подписанных Сталиным и Молотовым за день. Раньше в солдаты забирали пожизненно, потом стали на 15 лет, в 1914‑м действительная служба в пехоте составляла три года. Прогресс! Надо лишь дождаться, когда умрет правитель, потом, возможно, следующий, ведь, как говаривал поэт Александр Введенский, только при монархии у власти может случайно оказаться и порядочный человек. Доживут не все.

Юному читателю предлагается подумать, была ли нужна России революция. Но в пазле не хватает деталей. Поймет ли школьник, что в стране работал с 1906 года парламент? Сюжет о Думе хорошо показал бы тогдашнюю политическую повседневность, пеструю и противоречивую. Крестьяне заседают вместе с профессорами, добилась трибуны оппозиция. Власти применяют админресурс, чтобы это не повторилось, но возникла плеяда ярких политиков разных взглядов. Из «Рассказов…» же следует (помимо воли автора?), что в России политиков было всего два – Столыпин и Ленин.

После поражения в войне «будто снесло запруду» – так в книге начинается революция 1905-1907 годов. Суть ее сведена к бунту крестьян и эсеровскому террору. Но ведь и Дума – дитя 1905‑го. Зачем жгли усадьбы, строили баррикады, шли на казнь? А почему в тогдашних рассказах декадента Федора Сологуба его постоянная тема смерти невинных детей трансформировалась: те гибнут при разгоне демонстрации? Стало бы яснее после упоминания Кровавого воскресенья. Осуждая бомбистов, автор не дает и внятного объяснения их активизации. Но убийца Каляев кажется фигурой трагической, а про его жертву сказано лишь, что никаких заслуг, увы, нет.

Кто-то пытался улучшить русскую жизнь «малыми делами». Или превращал свое отчаяние от нее в стихи, как Андрей Белый. И об этих людях нужна книга. Жанр «Рассказов…» расстановки всех точек над i не предполагает. Развитие критического мышления важнее. Читатель, спорь! Но не ищи аргументы в пыльной советской брошюре.


Мариэтта Чудакова. Рассказы про Россию. 1861-1922. – М. : Издательство «Время», 2020.
Купить книгу на сайте интернет-магазина "Лабиринт"


news1 news2