Сегодня не стало замечательного критика и литературоведа Дмитрия Бавильского (1969-2026). Наши соболезнования всем, кто знал и ценил его. Светлая память! Вот его отзыв о романе Олега Ермакова «Круг ветра»

 

Читая прозу Олега Ермакова, нужно знать о некоторых особенностях его словесного искусства, которые и делают «Круг ветра» явлением высокой культуры. Главными уровнями текста для Ермакова являются не фабула и сюжет (как это происходит у беллетристов) и даже не интеллектуальные концепты (как у писателей-мыслителей), но ритмические волны, сообщающие основному «уровню письма» свойства материальных объектов. Это, с одной стороны, сближает фундамент «Круг ветра» с музыкой, а, с другой, перенастраивает читательское восприятие на иной темпоритм.

Для того, чтобы эпическое повествование о странствиях монаха через века и страны (сам Ермаков неслучайно обозначает его «географической поэмой»: письмо «Круга ветра» переносит поэтические приемы на территорию вполне сюжетной прозы) читателю важно перенастроиться на неторопливый хронотоп течения нарратива, где нет ничего лишнего, несмотря на изобилие лирических описаний.

Ермаков называет свою «географическую поэму» современным дополнением шедевров классики восточной литературы – «Новых приключенияй Царя обезьян» Дун Юэ и «Путешествия на Запад» У Чэнъэня. Подобно Пушкину, адаптирующему французских романтиков под нужды отечественной словесности на ранних этапах ее становления; подобно Бродскому, прививающему особенности поэтики английских метафизиков «русскому дичку» в эпоху акмэ советской литературы, Олег Ермаков переносит в современный интеллектуальный российский контекст жанрово-дискурсивные приметы восточных культур.

Круг его ветра продуктивен в этом экспериментальном синтезе Востока и Запада, требующем от читателя не только податливости буддистскому безветрию, но и терпеливого слияния с узорчатым текстуальным ландшафтом. Именно такой, неторопливой и метафизичной, должна выглядеть современная интеллектуальная проза в лучших образцах – чтобы, несмотря на внешнюю отрешенность и незаметно, словно бы исподволь, нарастающий драматизм, говорить о самых жгучих и болезненных материях нынешнего существования.